Иски физических лиц против отдельных стран — не такое уж редкое явление. Соответствующие механизмы заложены в основу Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ, European Court of Human Rights — ECHR) и некоторых других надгосударственных структур. Но в случае с санкционными ограничениями (причём не только против России) подобные механизмы практически не работают. Попытки отдельных россиян, которые были несогласны с введёнными против них запретами, оспорить санкции ни к чему не привели.
Но случай с Михаилом Фридманом может создать прецедент с далеко идущими юридическими последствиями. Российский олигарх подал исковое заявление в арбитражный суд. Бизнесмен утверждает, что санкции, введённые против него в 2022 году, нарушают положения действующего межправительственного договора между СССР (РФ — его правопреемница), Бельгией и Люксембургом. Документ был подписан 9 февраля 1989 года, он регламентирует взаимную защиту и поощрение инвестиций между странами.
Юристы Михаила Фридмана уверены, что никаких межправительственных соглашений, отменяющих или значительно изменяющих положения документа 1989 года, подписано не было. Поэтому он де-юре считается действующим. Если принять точку зрения истца, то санкции, введённые против него в 2022 году, должны быть отменены, так как они нарушают несколько ключевых позиций договора.
Суть претензий Михаила Фридмана к Люксембургу
Юристы российского бизнесмена подготовили развёрнутое обращение в арбитражный суд. Иск оспаривает законность введённых 28 февраля 2022 года санкций против Фридмана. Основание для их применения — блокирующий регламент ЕС № 269/2014, утверждённый 17 марта 2014 года.
Компании с регистрацией в Люксембурге, в которых у Фридмана были значительные доли владения (после введения санкций эти активы заморожены):
- ABH Holdings;
- CTF Holdings;
- Alfa Asset Management (Europe);
- Alfa Capital Investments Holdings;
- LetterOne group.
Юристы Михаила Фридмана готовы предоставить документы, подтверждающие факт владения их подзащитным этими структурами (от 30% до 45% в каждом). Сумма претензий по оценке самого российского олигарха — 15,8 млрд USD.
Какие положения международного права были нарушены (суть основных юридических претензий Михаила Фридмана к Люксембургу):
- общепринятые стандарты защиты активов от незаконного изъятия (экспроприации);
- равное отношение ко всем инвесторам (fair and equitable treatment);
- недискриминационный (непредвзятый) подход;
- свободный и неограниченный вывод активов (free transfer), а общем случае — право распоряжаться ими;
- отсутствие свободного доступа к правовым инструментам защиты своих интересов (запрет на оказание юридических услуг гражданам и компаниям из России);
- лишение возможности связаться с непосредственным руководством компаний Люксембурга, ставших частью замороженных активов.
Информации о какой-либо реакции властей Люксембурга на иск Михаила Фридмана пока нет. По действующим законам у сторон есть полгода на досудебное урегулирование спора. Если соглашение между истцом и ответчиком не будет достигнуто до 8 августа 2024 года, дело получит развитие. Отметим, что для защиты своих интересов Михаил Фридман нанял юристов известной французской компании Kiejman & Marembert.
Потенциальные проблемы иска
Если оставить в стороне эмоциональную составляющую, связанную с актуальными тенденциями в европейской политике, и анализировать только юридический аспект вопроса, то вероятность решения в пользу Михаила Фридмана относительно невысокая, даже учитывая очень хорошую репутацию Kiejman & Marembert.
Потенциальные проблемы:
- Рассмотрение иска именно инвестиционным арбитражем. Претензии Михаила Фридмана (см. выше) фиксируют нарушения целого ряда стандартов и международных норм. Но инвестиционный арбитраж де-юре уполномочен решать споры, касающиеся исключительно надлежащей компенсации за экспроприацию активов. Он уполномочен определить размер выплат и их порядок, но не (для примера) применимость принципов fair and equitable treatment или free transfer. Арбитраж может вообще отказаться от рассмотрения дела, так как а) не доказан сам факт экспроприации и б) неясно, полагается ли вообще ответчику какая-либо компенсация.
- Можно ли назвать временную блокировку экспроприацией. Юридически речь идёт именно о заморозке активов, но не об их изъятии. Это означает, что де-юре Михаил Фридман по-прежнему остаётся их законным владельцем.
- Ответственность Люксембурга за общеевропейские решения. Введение санкций инициировал Евросоюз, а не отдельные страны, его члены. Люксембург только исполнял рекомендации Еврокомиссии, в которых и содержались указания по заморозке активов. Поэтому юристы, нанятые Люксембургом, постараются доказать, что герцогство не может нести ответственность за такие решения. Адвокатам Михаила Фридмана придётся убедить суд в том, что именно действия Люксембурга из-за неверной трактовки рекомендаций Еврокомиссии стали причиной заморозки активов.
Дальнейшее развитие событий можно ожидать не ранее начала августа. Но если ситуация в Украине коренным образом не изменится, то Михаила Фридмана ждёт долгий судебный процесс, в котором шансов на положительное решение у российского бизнесмена не так много.